kotirka (kotirka) wrote,
kotirka
kotirka

Category:

Как мы пишем-7, или Кто все эти люди?

Совершенно незнакомые люди, встречаясь регулярно, очень быстро синхронизируются между собой и становятся группой - с собственной динамикой и коллективным бессознательным. Идеи витают в воздухе, трансформируясь у каждого в нечто индивидуальное по форме, но оставаясь общественными по содержанию.

Сегодняшняя встреча началась с вопроса, не дававшего покоя Агмону. Как мы, участники группы, называемся официально? Являемся ли мы пациентами Многоцелевого Центра при университете?

Вопрос был не праздный, положительный ответ на него давал Агмону моральное право парковаться на местах под табличкой «только для пациентов Многоцелевого Центра», которые он обнаружил свободными в сегодняшний проливной дождь.

Руководительница Мика затруднилась определить наш статуса , идея зависла в воздухе, и коллективное бессознательное за этот час образовало ответ.

Каждая встреча нашего Литературного Кружка начинается с десятиминутного Свободного Письма. Предполагается писать о чём угодно, не задумываясь, выливая на бумагу всё, что приходит в голову. Особенно сложно начать писать, потому что людям свойственен страх чистого листа. Сидишь, глядишь на чистый лист, он смотрит на тебя в ответ, и ни один из вас не знает, что со вторым делать...

Есть много способов обойти этот страх, чтобы начать писать. На каждом занятии мы пробуем один из них. Заданное первое слово, раскладывания по мысленным полочкам упакованных и подписанных проблем, направление восприятия через один определённый орган чувств... Такие уловки помогают сосредоточится на чём-то и уже наконец-то начать писать хоть с чего-нибудь, а там уже человек втягивается, и всё дальнейшее происходит естественным путём.

Сегодня мы проверяли, что будет, если писать не в тетради - на своей территории - а на листочке-черновике, зная, что его сразу выкинут после окончания письма, дабы раскрепостить сознание и позволить ему выдавать бесконтрольно всё самое сокровенное и безумное, с гарантией, что никто никогда этого не прочитает.

Пока все дописывали, на столе появилась мусорная корзина, куда нас пригласили выкинуть смятые листочки немедленно после написания. Такая ямка в земле цирюльника царя Мидаса...

Люди отнеслись к выбрасыванию по-разному, по дороге узнав о себе много нового. Я, например, выкинула листик без сожалений. Мне нравится процесс написания и обсуждения, но я не сильно дорожу самими текстами и собственными усилиями. Гммм...

Агмон сообщил, что это фарс, он предварительно сфотографировал листик и выбрасывал его чисто символически. У него не поднялась бы рука уничтожить однажды написанное им!

Сердце Махи обливалось кровью, она не могла писать о существенных для неё вещах, зная, что это будет выброшено. Ора тоже писала целенаправленно о бросовых вещах, таких, которые не жаль выбросить вместе с листиком. Эсти выбрасывала листик, скрепя сердце. Ей трудно расставаться с раз сформулированными текстами, когда листик с написанным в опасности, ей как раз приходят в голову самые драгоценные мысли.
Рони вообще отказалась расставаться с ценным листком. А Анна отказалась писать...

Потом Мика продиктовала нам список имён. Батия, Мирьям, Амир, Ярден, Дуби, Йотам, Вики, Галь, Пауло, Мики. Всего десять. Кто все эти люди?- подумала я.

Оказалось- я правильно подумала, именно это от нас и требовалось - написать, кто все эти люди, одно предложение о каждом, всё , с чем ассоциируется каждое имя. Пять минут, время пошло.

Мика называла имя, народ читал характеристики. Тут-то и проявилось коллективное бессознательное!

Батию и Мирьям все дружно записали в бабушки, пожилые женщиы, банковские работницы. Амир оказался большинством голосов программистом, адвокатом, максимум банкиром. Дуби был спортсменом или солдатом, Пауло- любителем вечеринок. Ярден виделась всем любительницей природы, босой, с длинными волосами и в свободных цветастых платьях (это имя соответствует названию реки Иордан). Насчёт остальных всё было менее однозначно.

Следующим этапом надо было выбрать имя наиболее приглянувшегося нам персонажа и описать этого человека: его внешность, что он ел на завтрак и его отношения с родителями.

Я решила быть оригинальной и выбрала Ярден. Она мне виделась такой юной, лёгконогой, летящей в лето и счастье...
Раннее утро, за окном поля, залитые солнцем. Она хватает бутерброд и сбегает на целый день в лето за окном, под призывы готовящей завтрак мамы сесть и позавтракать по-человечески...

Начались чтения. Я с удивлением услышала от Эсти описание почти моей Ярден! Тоже сбегающей в летнее утро. Вот это синхронизировались...

Махин Ярден оказался молодым мужчиной, недавно вышедшим из шкафа, состоящим в нежных отношениях со своим другом и трепещущим перед необходимостью встретиться с родителями.

Рони оживило Паоло. Он был рыжим грузинским подростком и цапался с мамой-любительницей испанских мыльных опер в «заснеженном Батуми», которое Рони назначила столицей Грузии.

Паоло Агмона был испанцем из Сан-Паоло, жгучим брюнетом, и зарабатывал на жизнь, водя экскурсии.

Остальные выбрали Амира, Батию и Мирьям, и читать о них отказались, хотели ещё поработать на образом. Перфекционизм- тормоз прогресса, но мы с ним боремся!

Домашним заданием стало выбрать ещё одного персонажа с приглянувшимся именем, описать его, используя тот же принцип (внешность, завтрак, отношения с родителями) и организовать встречу между этими двумя.

В конце встречи Рони, поощрённая бурным обсуждением её рыжего грузинского Паоло из Батуми, вдруг изъявила желание прочитать домашнее задание - письмо к себе-на-фотографии. По кругу прошёл старый чуть размытый чёрно-белый снимок четырёхлетней пухленькой малышки с ямочками на щеках.

Письмо было полным боли. Она выплёскивалась из Рони в круг, в группу, наружу. Ронино детство болело до сих пор. У уже взрослой состоявшейся женщины со сложившейся судьбой, семьёй и карьерой, в дальнем уголке души сохранилась перепуганная травмированная четырёхлетка, заброшенная, задавленная материнской холодностью, потрясённая столкновениями с непонятными проявлениями жизни и физиологии окружающих...

Группа потрясено молчала. Рони дочитала в полной тишине, о том, что, повзрослев, она рада найти у себя в потаённом уголке души ту девочку и может иногда её утешить...

«Человек, переживший травму, какой является детство, способен на многое»- процитировала Мика.

Рони, закончив читать, продолжала говорить. О том, что мама до сих пор такая же холодная и эгоистичная и с ней тяжело, что детство вспоминается кошмарной смесью непонятного и несправедливого, как ей нравится быть взрослой и ни на секунду не хотелось бы туда вернуться...

В глазах стояли слезы. Рони видела, что произвела сильное впечатление на всех. Маха поблагодарила её за доверие, Ора сказала, что очень сильный текст, заставляет расплакаться.

Уходя, все очень тепло прощались друг с другом и с Рони. Она выглядела умиротворённой.

Иногда нужно просто высказаться и просто выслушать. Написать, как выкрикнуть - и скомкать, и выбросить...

Группа-удивительная штука, она может выдержать, принять, утешить, даже если это кратковременная группа случайных людей и вообще не об этом.

Так мы получили однозначный ответ на вопрос Агмона, пациенты ли мы?

Можем смело парковаться на тех местах, я считаю.
Tags: Литературный кружок
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments